Дух мой пребудет в этом месте вечно

На днях сотрудники районной редакции побывали в селе Троекурово Лебедянского района, где угодник Божий Иларион Троекуровский, покинув Лев-Толстовский район, прожил 29 лет своей жизни

В рамках редакционного проекта «Тропою православия» читатели «Народного слова» уже «побывали» вместе с журналистами во всех точках нашего района, где пребывал когда-то преподобный. На сей раз наш путь лежал к месту его последнего пристанища и раке с мощами святого.

Только въехав в Троекурово, мы издалека увидели златоглавый Иларионовский монастырь, который является украшением раскинувшегося на берегах Красивой Мечи живописного села. Уже от одного его вида в душе воцарились радость и умиротворение, отступили тревоги и укрепилась вера, что во всех наших делах мы можем рассчитывать на помощь Всевышнего и заступничество святого Илариона.

Дивный старец

Из внимательно изученных перед поездкой жизнеописаний старца мы узнали, что он переселился в село Троекурово в 1824 году, приняв предложение помещика Ивана Раевского жить в его имении в специально устроенной для него келье возле Димитриевской церкви. С этого момента и начинается история Троекуровской обители. К тому времени слава о подвижнической жизни и огромной духовной силе Илариона распространилась уже повсеместно и привлекала к нему многочисленных, знатных и простых, посетителей – за советом, за благословением на какое-либо дело, за словами утешения. С большинством из них он общался через келейника, а некоторых принимал лично, руководствуясь не знатностью и состоянием, а важностью и неотложностью нужд посетителей.

Осталось много свидетельств чудесной помощи преподобного просящим, а некоторые из них оставили такие воспоминания: «Дивный был старец отец Иларион! Скорбь ли домашняя налетит тучей, недоумение ли камнем ляжет на сердце – что тут делать? И побежишь, бывало, к старцу. Поднимется он со своей коечки, отворит келию. Положим оба по три поклончика пред святыми иконами – такое уж у него было обыкновение с каждым посетителем. Садиться никогда не просил и сам стоя начинал разговор иносказательно, открывая помыслы, с какими, бывало, придёшь к нему. Тихая и приветливая речь старца, исполненный спокойствия и любви взор его в один миг, случалось, разгонят хоть какие тучи скорбей и сообщат душе умиротворение, и так легко станет на сердце! К нему идёшь под гнётом тяжкого бремени, а от него летишь, словно птица на крыльях».

«Вот человек-то был! К нему, бывало, лишь только едет кто, а он уже знает, кто едет, откуда и зачем. Иного от роду только в первый раз видит, а уже называет его по имени и тут же сам говорит, зачем он пришёл к нему».

Из своей келии Иларион выходил только в церковь, из-за чего его стали называть Троекуровским затворником. Люди со средствами считали за великое счастье, если преподобный принимал от них пожертвования. Он же раздавал приносимые ему благотворения на строительство, ремонт и обустройство храмов (причём, не только троекуровских), на помощь нищим. Покупал для церковных богослужений вино, деревянное масло, свечи и ладан, муку для просфор. Заключённым в темницах узникам отец Иларион ежегодно перед праздниками Светлого Воскресения и Рождества Христова посылал деньги и гостинцы. Известно, что богадельня при Димитриевской церкви содержалась почти всецело на средства отца Илариона. А в голодный 1840 год он прокормил всё население Троекурова, насчитывавшее в то время более 2000 человек.

Рассказывали, что наружность батюшки поражала: даже в преклонном возрасте он выглядел юношей - с тонким, прозрачным, необыкновенной белизны лицом. У него были тёмно-голубые глаза, длинные серебристые волосы, клинообразная борода, прямой нос с небольшой горбинкой, а на губах часто играла улыбка.

Если ранее подвижник по крепости сил телесных часто измождал себя холодом, то здесь, в Троекурово, из-за потерянного здоровья холод стал для него невыносим. Поэтому зимой и летом в его келье была жарко натоплена печь, но при этом он часто носил тёплые валеные сапоги. В болезнях телесных старец не прибегал к помощи врачей и медицинских препаратов, а обращался к средствам народным – редечному соку и огуречному рассолу, что при случае советовал и другим. В конце жизни, примерно за шесть лет до смерти, Иларион Троекуровский лишился зрения.

Зарождение обители

Зарождение обители началось с того, что вокруг Илариона стали селиться благочестивые девушки и вдовы, желавшие постоянно находиться под духовным руководством старца и пользоваться его наставлениями. С согласия владельца села Раевского ими были поставлены несколько келий. Иларион назначал им послушания: печение просфор для храмов, чему обучил их сам, хорошо знакомый с этим делом ещё с пребывания в Петропавловской пустыни. Кроме того, затворник вменил им в обязанность обустраивать отдых и трапезу многочисленных странников, посещавших Троекурово в эти годы. Все послушницы получали от старца содержание, а порой и благовременную помощь, но особенно Иларион заботился об их духовных нуждах, старался отсекать в них поводы к тщеславию и бесполезному любопытству, тягу к пустым разговорам, излишнюю попечительность о вещах.

Когда послушниц стало достаточно много, Иларион собрал необходимые средства и обратился к Преосвященнейшему Епископу Тамбовскому с просьбой об открытии в с. Троекурово женской общины.

О том, что в будущем на этом месте будет монастырь, старец, обладавший даром прозорливости, говорил неоднократно. Правда, сам он не дожил до счастливого дня его открытия. Димитриевская женская община была утверждена указом Святейшего Синода в 1857 году, а через 14 лет переименована в Троекуровский Димитриевский Иларионовский женский монастырь.

Святой старец мирно почил 5 ноября 1853 года. Незадолго до этого он, предчувствуя свою кончину, сам подготовил для своего погребения пещеру. Всё больше слабея телесно, он уже не мог, как прежде, ходить в храм, всё реже стал принимать посетителей лично, хотя через своего келейника никого не оставлял без ответа.

Боголюбивых сестёр, опечаленных предстоящей разлукой со своим наставником, он то утешал пророческим обещанием, что «будет на этом месте обитель, как лавра цветущая», то обращался к ним с увещанием: «Что вы скорбите? Ведь телом только разлучаюсь с вами, а молитвенный дух мой пребудет вечно в этом благословенном месте». Всем же дал такое общее завещание: «Во время скорби, болезни или каких недоумений отслужите молебен пред Владимирской иконой Царицы Небесной с акафистом – я и сам пред Её иконой молился. Потом и меня, грешного, помяните, отправивши панихиду».

За три дня до кончины угодник Божий пожелал святой воды из Тюшевского колодца, от чудотворной иконы Божией Матери «Живоносный Источник». Перекрестился, проглотил две ложки святой воды и после этого уже ничего не вкушал. Горестная весть о кончине старца разнеслась с быстротой молнии. Число собравшегося народа, по свидетельству очевидцев, было свыше 10 000 человек.

Над пещерой с гробом преподобного помещик Раевский вскоре поставил деревянную церковь. Её главный престол был освящён в честь Владимирской иконы Божией Матери, которую особо почитал старец. Впоследствии на этом месте был возведён пятиглавый каменный собор, который сегодня является сердцем Троекуровского монастыря. Его строительство стало поистине всенародной стройкой. Пожертвования поступали из многих городов - Москвы, Петербурга, Бахмута, Вятки, Екатеринодара, Епифани, Ельца, Казани, Киева, Кременчуга, Курска, Николаева, Новочеркасска, Одессы, Осийска, Пензы, Перми, Полтавы, Рыбинска, Самары, Саратова, Симбирска, Ставрополя, Тулы, Харькова, Александро-Грушевска и, конечно, от местных помещиков.

Главный престол был освящён в 1893 г. Сорок пять икон главного иконостаса собора, написанные на сусальном золоте, и серебряные ризы с позолотой на местные иконы и на царские врата выполняли московские мастера. Средства для иконостаса также собирались по всей стране. Под Владимирским собором по-прежнему находилась небольшая пещерная церковь во имя св. Мефодия и св. Феодосии (небесных покровителей родителей преподобного). В ней была гробница старца Илариона, покрытая серебряной доской с изображением троекуровского подвижника во весь рост.

Период расцвета

Конец 19 и начало 20 веков можно назвать периодом наивысшего расцвета Троекуровской обители. Завещание преподобного Илариона - окончить дело её основания - было исполнено. Одновременно со строительством Владимирского собора активно обновлялись или строились другие храмы, возводились дома и хозпостройки. Сюда, к гробнице старца Илариона, стремилось множество простого народа и представителей самых богатых и образованных слоёв российского общества. В это время в обители было более полусотни монахинь и около 200 послушниц.

Если бы мы побывали в Троекуровском Иларионовском женском монастыре незадолго до революции, то увидели бы каменную ограду с большими башнями, за которой возвышались три монастырских храма - Владимирский собор, Димитриевская и Архангельская церкви. Четвёртый храм - Ильинский - располагался над святыми вратами в западной стене обители. В южной стене, также над воротами, взметнулась вверх колокольня. Мы увидели бы большой двухэтажный корпус для странников и одноэтажную каменную трапезную, под одной крышей с ней - кухню, пекарню и три амбара; двухэтажное кирпичное здание для просфорной и церковно-приходскую школу; келью для чтения Псалтыри и дома для священнослужителей, а вдоль всей монастырской ограды – около сотни деревянных келий, выстроенных за свой счёт насельницами обители для проживания. Кроме того, мы увидели бы скотный и конный дворы с каменными постройками, амбарами и сараями. Но самый большой интерес у нас вызвала бы, несомненно, бережно сохраняемая сестрами обители бревенчатая келья затворника Илариона, построенная для него помещиком Иваном Раевским. Она находилась за алтарём Владимирского собора.

Если бы нам удалось совершить путешествие во времени, то мы бы убедились, что в начале 20 века Иларионовская обитель процветала. Кроме построек в самом Троекурово ей принадлежали два дома - каменный и деревянный - в городе Лебедяни. У монастыря было большое хозяйство, обеспечивавшее продовольствием многочисленных сестёр обители - плодовый сад, огород, конный и скотный дворы, каменная ветряная мельница. Монастырю принадлежали два хутора с 550 десятинами пахотной земли, а из построек в них были дома для сестёр и рабочих, кухни, ветряная мельница, каменные просорушка и рига с конной передвижной молотилкой и веялкой, кузница, баня, амбары.

Помимо сельскохозяйственных работ на монастырских хуторах насельницы Троекуровской обители занимались вышиванием по канве гладью и золотом, тканьем ковров, украшением икон. Двусторонние ковры славились на всю округу. Нередко столичные паломники увозили их в Москву и Петербург. Ковёр ручной работы, изготовленный монахинями Троекуровского монастыря, был и в келье старца Амвросия Оптинского, который все эти годы после своего судьбоносного посещения Илариона поддерживал духовную связь с обителью и жертвовал деньги на её благоустройство и украшение.

Во времена безбожия

Страшные и трагические для Русской Православной Церкви и всей России события 1917 года и последующие времена безбожия принесли Троекуровской обители упадок и разорение. Сначала были «муниципализированы» несколько зданий. Затем была объявлена продажа различных построек обители и раздел их между местными ведомствами. Однако многие сестры, несмотря на открытые гонения со стороны местных властей, не покинули обитель, а продолжали совершать богослужения в монастырских храмах и вести хозяйство.

В 1927 г. власти окончательно закрыли монастырь, запретив совершать богослужения и отобрав у насельниц оставшиеся здания и постройки. Впрочем, часть сестёр всеми правдами и неправдами пыталась остаться в родных стенах, и многие из них до конца своих дней прожили на территории монастыря.

В том же 1927 г. власти приняли решение о строительстве на месте монастыря крахмального завода. При этом монастырские постройки предполагалось снести и использовать, как строительный материал.

Трагична была судьба многих священнослужителей обители. Например, многодетную и совсем не богатую семью последнего настоятеля Владимирского собора Тихона Архангельского раскулачили, отобрали дом, имущество и домашнюю живность. Семья скиталась по приходам, самого батюшку несколько раз арестовывали по обвинению в контрреволюционной деятельности. Священник мужественно держался на допросах, отказывался отречься от веры и сана, никого не предал и не оклеветал. «Тройка» Управления НКВД по Воронежской области приговорила Тихона Архангельского к расстрелу. Тело мученика за веру погребено в одной из безвестных могил под Липецком. В день ареста о. Тихона была арестована и его супруга матушка Хиония. Она была приговорена к 8 годам  исправительно-трудового лагеря. Женщина, несмотря на серьёзную болезнь, выдержала все издевательства, допросы и требования отречься от веры и признаться в преступлениях. Она была выпущена из лагеря за месяц до смерти и похоронена на кладбище близ приходской Никитской церкви села Тютчево. К сожалению, сегодня её могила у полуразрушенного храма безвозвратно утеряна. О. Тихон и матушка Хиония прославлены в лике святых среди множества других новомучеников и исповедников Российских, пострадавших за веру в XX столетии.

Но вернёмся в Троекуровский монастырь, официальное решение о ликвидации которого было принято облисполкомом ЦЧО в 1930 году. Здания были переданы для использования под «местные нужды». Но, видимо, по молитвам угодника Божия Илариона обители было не суждено погибнуть окончательно. Решение о сносе монастыря и строительстве на его месте крахмального завода отменили, а вскоре в храмах и других постройках обители разместились цеха и склады предприятия по переработке плодов и ягод совхоза «15 лет Октября». Монастырские постройки при этом постепенно приходили в ветхость, перестраивались, частично разрушались, но основная часть монастырского комплекса всё-таки устояла во времена лихолетья.

Возрождение

Начало возрождения монастыря относится к концу 80-х годов, когда территорию обители освободили и передали Православной Церкви. В 1993 году местные жители создали приходскую общину при сохранившемся лучше других на территории монастыря Михайло-Архангельском храме. В обитель вернулись её главные святыни – две чудотворные иконы Владимирской Божией Матери. Начались восстановительные работы, и главным их благотворителем и попечителем стал руководитель местной агрофирмы «15 лет Октября» Николай Еремеев (потом это дело продолжил его сын Дмитрий).

Прихожане испытывали огромную радость от преображения монастырских зданий и территории, но всех волновал один вопрос: сохранилась ли гробница и честные останки Троекуровского затворника? Ведь время хозяйствования консервного завода многое уничтожило или изменило до неузнаваемости. К счастью, одна из бывших насельниц монастыря смогла точно указать место погребения старца.

13 июля 1999 года останки Илариона Троекуровского - с фрагментами гроба, обуви, монашеского пояса, чёток и другими частицами – были торжественно обретены и перенесены в действующий храм Архистратига Михаила, где и покоятся в настоящее время. От них, как и прежде, происходят чудеса исцелений.

В 2003 году по решению Священного Синода Свято-Димитриевский Иларионовский женский монастырь был вновь открыт.

И ЕЩЁ

Когда-то к западу от Троекуровского монастыря находилась приписная к нему каменная часовня на святом источнике. На этом месте, по преданию, явилась одна из святынь обители -  Владимирская икона Божией Матери, именуемая «Явленной». К этой часовне и источнику ежегодно совершался крестный ход. После революции часовню разрушили, но летом 2013 года здесь был установлен новый колодец со срубом и навесом над ним. 3 июня 2014 года, на праздник Владимирской иконы Божией Матери, впервые в истории Троекуровского монастыря крестный ход на источник возглавил правящий архиерей – владыка Максим, который и освятил это место. К сожалению, время нашей поездки в Иларионовскую обитель было ограничено и мы не успели посетить эту святыню, но появился повод вернуться сюда снова.

Комментарии

Оставить комментарий

Село Зыково – не ближний свет по отношению к райцентру, оно расположено на берегах Ягодной Рясы у самой границы с Чаплыгинским районом, но расстояние не имеет значения, если в конце пути ждёт интересная встреча

В 1819 году смиренно и с молитвой за врагов своих Иларион удалился из Карповки от своих притеснителей, приняв предложение соседних владельцев Сухановых перебраться к ним в имение при селе Грязновка, а затем переехал в соседнее село Колычёво.

В 1805 году закончился период жизни Илариона Троекуровского, связанный с Воловьим оврагом близ села Головинщино: по оговору недоброжелателей он был арестован и помещён сначала в острог, а затем на шесть месяцев в Раненбургскую пустынь. За это время его пещеры в овраге были разрушены, и затворник был вынужден искать себе новое место пребывания.

Серая лента шоссе, минуя сёла Астапово, Троицкое, Головинщино, довела нас от райцентра к повороту на грунтовую дорогу, запетлявшую вдоль тучных нив и лесопосадок по краю глубокого оврага, прозванного в народе Воловий

В недавнем номере нашей газеты мы рассказали читателям историю Троицкого храма в посёлке Лев Толстой. Продолжим эту тему разговором о воскресной школе, которая была организована при храме вскоре после его второго рождения

— Это икона священномученика Иоанна Царскосельского — священника Русской православной церкви, который стал первой жертвой революционной бойни, — сообщил, указывая на один из больших образов Троицкого храма, благочинный Лев-Толстовского района протоиерей Андрей Гусев

Все новости рубрики Проекты «НС»